Максимальное отчуждение власти, или Сепаратизм сверху

Оставлен klachkov Ср, 2005-09-14 06:56

Сергей Подъяпольский Евразийский Союз

"Экран-информ", №40(562) от 5 октября 2005 года
1.

Реализация в России классического сценария "оранжевой революции" маловероятна по ряду причин.

Во-первых, майдан в России уже был - в августе 91-го года. История не терпит банальных повторений.

Во-вторых, "оранжевая революция" по своим лозунгам это "освободительная борьба", имеющая этническую окраску, апеллирующая к действительно или якобы униженному национальному достоинству. В этом плане полезно послушать диск "Пiсни помаранчевого повстання", изданный О. Скрипкой. "Повстание" - оно против "москалей". Когда аналогичные события происходили в Болгарии, про одного из неугодных "вашингтонскому обкому" политиков был запущен стишок, что раз он учился в Москве, то он не может быть таким же хорошим, как Буш. В Москве антимоскальские лозунги вряд ли будут пользоваться особой поддержкой. Бунт против реальных хозяев современной России - Вашингтона и Лондона - это из другой оперы. Эту оперу дирекция театра в репертуар не поставит.

В-третьих, в способности федеральных властей чисто физически подавить "майдан" сомневаться не приходится - особенно зная реальный потенциал "революционеров". Как происходят митинги в современной Москве? Организаторы созваниваются с репортерами, встречаются с ними в метро и идут митинговать. Пять активистов, пять репортеров.

На поле "оранжизма" и борьбы с ним идут в основном процессы имитационного характера, позволяющие определённым силам решать отдельные политические и бизнесовые задачи. Дискурс "оранжевой революции" - дымовая завеса, отвлекающая нас от главного.

2.

Наиболее реальная угроза государству Российскому - раскол по линии "Москва - регионы". На борьбе с этой угрозой (к концу 90-х более чем реальной) сформировался нынешний режим. Был предпринят ряд мер, в целом обоснованных. Первыми шагами стали контртеррористическая операция в Чечне и создание федеральных округов (хотя их правовой статус толком не определен до сих пор). Центробежные процессы были заморожены. Но предпосылки не ликвидированы. Более того, как уже признаёт Сурков (опровержений по поводу аутентичности текста его пресловутого выступления не последовало), непродуманная политика в Чечне спровоцировала "подземный пожар" на Северном Кавказе. Здесь ряд причин, в числе которых - фактическая отдача внутричеченского урегулирования на откуп клану Кадырова, повсеместная коррупция и отсутствие внятной стратегии развития, прежде всего экономического. Сходным образом дело обстоит и в регионах. Централизация оборачивается своей противоположностью. Так, например, приходится сталкиваться с тем, что при формально жёсткой централизованной структуре правоохранительных органов, некоторые региональные управления выполняют политические заказы крупных бизнесовых структур.

3.

Меры по усилению вертикали власти оказываются по большей части "палками о двух концах". Начнём с недавней - назначения губернаторов законодательными (представительными) органами субъектов РФ по представлению Президента РФ. В целом здравая и адекватная мера. Есть нюанс. Она не позволяет в дальнейшем сваливать ответственность за непродуманные действия федеральной власти на региональных руководителей. Между тем, в последние годы это стало общей практикой. Вспомним хотя бы хрестоматийное высказывание Матвиенко: "Дело правительства - принять решение, дело губернаторов - найти деньги". Как показывает, в частности, М. Делягин, кризис зимы 2002-2003 годов, когда вымерзали целые города, был спровоцирован действиями федеральной власти. Свалили всё на губернаторов и мэров: мол, не тех Вы, граждане, выбрали. На них же пытались повесить проблемы, с неизбежностью возникшие в ходе пресловутой "монетизации льгот".

"Монетизация" вообще имеет целый ряд аспектов. Прежде всего, сам подход интересен. Вместо того, чтобы развивать инфраструктуру в глубинке, власть опускает руки и говорит: нет, мы не сможем создать Вам условия для нормальной жизни. Вот, возьмите подачку и не отвлекайте.

М. Делягин подметил интересный момент: выплата пособий калмыкам - жертвам депортации перекладывается на бюджет… Калмыкии. Это, мягко говоря, не повышает лояльность региона федеральной власти.

Предпосылки "монетизации" совершенно понятны. Решением Конституционного Суда было признано, что если государство не профинансировало определённые социальные программы, то в дальнейшем оно должно отвечать по этим долгам. В этой связи государство начало лихорадочно сбрасывать с себя "социалку". Об этом свидетельствует, в частности, поспешность и сумбур, с которыми принимался печально известный №122-ФЗ.

Это укладывается в рамки общей стратегии межбюджетных отношений в современной России: доходы уходят "наверх", расходы "вниз". Это даёт возможность, во-первых, обвинять во всех бедах местное руководство, а во-вторых, манипулировать этим руководством посредством трансфертов, которые предоставляются не всем и не всегда и, как правило, за "откаты". Так обстоит дело в отношениях "федерация - регионы" и "регионы - муниципальные образования". Позитивных сдвигов в этом отношении нет. В то же время, федеральная власть, назначая губернаторов, де-факто берёт на себя ответственность за ситуацию в регионах.

Губернатора Красноярского края часто упрекают в том, что он проводит много времени за пределами края, в основном, в Москве. Но почему он так делает? Вероятно, есть и субъективные причины. Но уже сейчас таковы правила игры, такова система, при которой губернатору приходится не столько руководить регионы, сколько "устанавливать отношения" на федеральном уровне. А что будет дальше?

Что с местным самоуправлением? Несмотря на то, что Конституция РФ жёстко отграничивает систему органов государственной власти от органов местного самоуправления, всё громче раздаются голоса о том, что и их надо включить в "вертикаль"(1).

Возникает вопрос: сможет ли федеральная власть нести добровольно сконцентрированную ответственность? Ведь в том случае, если через 2-3 года в посёлке Х N-ской области не будет тепла, население спросит у мэра, кто виноват. Что он ответит? Сошлётся на губернатора. Что ответит губернатор? Ничего, наверное, не ответит. В крайнем случае, в Москву сбежит.

А в том, что через 2-3 года не будет тепла во многих посёлках России при нынешнем уровне инвестиций в основные фонды и грядущей приватизации муниципального имущества сомневаться, увы, не приходится (2). И ЖКХ это далеко не единственная "болевая точка" (3).

5.

Порядок формирование и реальное значение Совета Федерации не раз менялось на протяжении новейшей российской истории. Первый состав членов СФ избирался населением, потом в СФ заседали губернаторы и главы законодательных собраний. Отныне там заседают представители назначенных президентом губернаторов и представители от региональных парламентов. Характерно, что не предусмотрено отзыва этих представителей. Этот орган, полностью подконтрольный Администрации Президента, уже называют "пятым колесом" в системе органов государственной власти РФ.

С одной стороны, эта реформа упрощает работу СФ. Но что стоит за этой простотой? Губернатор, знающий ситуацию в регионе, мог легко разобраться в существе законопроекта, проецируя его содержание на реальность. И возразить, указав на реальные проблемы, противоречия, на нормы, гладкие только на бумаге. Сейчас такого нет. Законы штампуются почти без обсуждения - кто видел "живьём" этот фарс, тот подтвердит. Сотрудники аппарата СФ говорят, что при этом пропускаются "нюансы" вплоть до орфографических ошибок. Между тем в реально федеративном государстве верхняя палата парламента - это важный инструмент баланса федеральных и региональных интересов.

6.

Укрупнение регионов имеет как положительные, так и отрицательные стороны. В случае объединения Красноярского края и округов ликвидирована сложная, внутренне противоречивая "матрешка" взаимоотношений равноправных субъектов РФ, два из которых при этом входят в состав третьего, их население избирает в избрании Заксобрания края, хотя оно над ними не властно. Упрощается взаимодействие оперативных служб, особенно между Таймырским округом и входящим непосредственно в состав края городом Норильском. Ну и т.д.

Но при этом власть всё больше отдаляется от населения. Эффективных промежуточных звеньев не создаётся. Это не лучшим образом влияет на качество управления территориями.

7.

С принятием новой редакции ФЗ "О выборах в Государственную Думу РФ" у народа отняли ещё одну иллюзию. Раньше была слабая надежда, что депутат-"одномандатник" представляет интересы региона в Москве. Теперь и такой надежды нет. Вообще, уничтожение иллюзий - дело благое. Когда взамен иллюзий появляется что-то реальное. Отобрали картонные овощи - так дайте настоящие. А этого нет.

Процедуры отзыва даже на местном уровне практически нереализуемы. Жаловаться на власть некуда. Видимо, в порядке чёрного юмора один журналист в материале к съезду "Единой России" написал, что теперь граждане, страдающие от властного произвола, знают, куда им обращаться - в региональные и местные отделения этой крылатой партии.

Показательно то, что партии, участвующих в выборах в Государственную Думу, не обязаны направлять своих представителей на теледебаты. По сути, это принципиальный отказ "партии власти" от диалога. На региональном опыте нам хорошо известно, что власть просто боится идти на контакт с народом, на встречи с избирателями. Самое большое, на что была способна "партия власти" полтора года назад на выборах в Красноярский городской Совет - засылать "казачков" на встречи с избирателями оппозиционных кандидатов. Эти "казачки" несли такую пургу о наступивших при нынешней власти процветании и изобилии, что только добавляли популярности оппозиции.

8.

Приведение регионального законодательства в соответствие с федеральным - это очень важная государственная задача. Она была поставлена и выполнена. Честь, конечно, и хвала.

Но при этом утвердилось мнение, что взаимный анализ федерального и регионального, а равно регионального и местных законодательств должен вестись только в плане поиска несоответствий для последующей их ликвидации. Эта деятельность ведётся прокуратурой, и в ней преобладает формализм (4).

Это важная часть, но она не может заменить целого. Если по уму, то нужна система мониторинга. Нужно изучать, как отражаются на людях те или иные реформы. Нужно изучать региональное законодательство и на предмет поиска удачных решений, отвечающих специфике региона. Но это если по уму.

На деле федеральное законодательство сплошь и рядом не учитывает региональной специфики. Например, в Красноярском крае есть такая форма муниципального образования как ЕМО - единое муниципальное образование. ЕМО единственно адекватно специфике Норильска и его городов-спутников. Но оно подлежит ликвидации в соответствии с новым законом "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ" №131-ФЗ. Опять будут созданы отдельно Норильск, Кайеркан, Талнах... Опять на те же грабли, но теперь по приказу из Москвы.

9.

Эти и многие другие удивительные вещи сопровождаются "зачисткой" региональных элит, как политических, так и бизнесовых. Региональный бизнес жёстко и последовательно, с использованием административного ресурса вытесняется московскими - читай транснациональными корпорациями.

Политическая жизнь в стране введена в строгие рамки ужесточающимся с каждым годом законодательством. Политика концентрируется в федеральных партиях, реально действующих, как правило, в пределах Садового кольца и более чем подконтрольных Администрации Президента. Исключение - партия "Евразийский Союз", сделавшая ставку на участие не столько в федеральных, сколько в региональных и местных выборах, вовлекающая в свою структуру ярких представителей региональных элит.

Опасна "стигматизация" регионализма. Перед властью стоит искушение любые формы регионализма, инициативы снизу клеймить как сепаратизм. Но тем самым усиливаются реальные сепаратисты. Патриоты своей малой Родины принуждаются к выбору: либо одобрять все перегибы централизации, либо впадать в чудовищный абсурд сепаратизма. Это неправильный, ложный выбор.

10.

Назначение губернаторов, выборы Госдумы по партийным спискам, укрупнение регионов - само по себе это не плохо и не хорошо. Важен контекст. И в этом контексте новейшую трансформацию взаимоотношений "центр-регионы" можно обозначить как максимальное отчуждение власти от населения.

Зачем всё это делается? Объяснения возможно два.

1. Реформаторы не видят перспектив, не просчитывают последствий. "Хотят как лучше - получается как всегда". Правда, совсем не факт, что "хотят как лучше".

2. Можно предположить, что цель максимального отчуждения власти от населения - сделать невозможной консолидацию населения вокруг этой власти. Население мало того, что вымирает с ужасающей (но соответствующей западным геополитическим планам) скоростью, так ещё разобщено и дезорганизовано. Власть вышибает из-под себя опору, особенно на периферии. Кажется, целенаправленно. С каждой новой реформой. Это напоминает суицид власти - но, конечно, не её отдельных представителей. Можно охарактеризовать происходящее как "сепаратизм сверху". Он позволяет без особого труда отстегнуть существующую "вертикаль" и заменить её органами управления, более прямо реализующими интересы транснациональных корпораций по беспрепятственной добыче нефти и ликвидации "лишнего" населения".

Альтернативой "сепаратизму сверху" является евразийский регионализм, основанный на балансе интересов центра и регионов, а не огульной централизации, которая теперь оборачивается своей противоположностью. Государство как система, целостность.

Примечания

1) А реального местного самоуправления нет и пока что не предвидится. Законодательством предусмотрена такая форма как территориальное общественное самоуправление, позволяющая максимально учесть интересы населения, дать ему возможность самостоятельно осуществлять свои инициативы. Но она если и развивается, то, к сожалению, в основном на деньги специфических фондов (не так давно казалось, что они с этой темы уходят; однако на территории Красноярска у "Открытой России", например, два проекта - Школа публичной политики и Центр развития местных сообществ). Это попытка создать альтернативные структуры на местах, способные решать вопросы населения. Но "давить и не пущать" - это худший ответ, который власть может дать на этот вызов.

2) "Уход государства из сферы ЖКХ" - именно так формулируется цель реформы. При этом ожидается приход в сферу ЖКХ частного капитала. Предполагается, что товарищества собственников жильцов, управляя кондоминиумами, будут заключать договора с обслуживающими предприятиями. Вполне понятно, что этот процесс будет происходить лишь в центральных районах крупных городов.

3) В докладе Уполномоченного по правам человека в РФ за 2004 год отмечаются колоссальные разрывы транспортной инфраструктуры во многих субъектах РФ. Т.е. люди полностью отрезаны от цивилизации. Гибнут, форсируя бурные реки по пути в райцентр. Государство отказывается решать эти проблемы.

4) Приходилось читать прокурорские представления такого типа: "Устав N-ского сельсовета противоречит законодательству, так как в него не переписана статья такая-то Федерального закона". При этом пропускаются реальные нарушения закона, сущностные. Чтобы их выявить - думать надо. А думать там некогда - надо план выполнять.

    Сергей Подъяпольский


август 2005